Владимир Сидоркович — один из самых известных российских педагогов вокала, вокалист, работавший за свою долгую творческую карьеру со многими знаменитыми как в стране, так и за рубежом музыкантами, основатель и бессменный руководитель замечательного Хора Московского колледжа импровизационной музыки, исполняющего акапелльную музыку абсолютно разных жанров, от госпел и рок-композиций до песен советских композиторов.

***

Тьма сгущалась, унося последние крупицы надежды. Один за одним умолкали голоса природы — птицы перестали петь и громко выяснять между собой отношения, враз исчезли мириады мошек, глухо жужжавших весь день напролет, замолк далекий собачий лай и даже ветер утих, перестав задирать ветки деревьев и потешаться над танцами листьев в траве. Все вокруг замерло. Каким-то особенным образом все исконные обитатели природы чувствовали приближение чего-то необычного или со страхом ожидаемого, и только одному из них были непонятны тайные сигналы, ибо он сам и был причиной надвигающейся катастрофы.

Уже много тысячелетий при его приближении все живое старалось понадежнее спрятаться, чтобы ненароком не попасться ему на глаза, но это не спасало. Взрывались горы, вырубались леса, перекрывались реки, орды обезумевших от жажды всего на свете сталкивались друг с другом, оставляя после себя поля трупов, и в движении своем затаптывая миллионы ни в чем не повинных букашек, сметая и сжигая целые миры, им неведомые. Опьяненные, одурманенные вседозволенностью и мощью страшного оружия, они ненадолго останавливались в своем разрушительном вечном походе и тогда рождались песни, писались книги, а правители делили добычу, казнили и миловали, пировали и услаждали свою плоть и чувства обнаженными телами дев и юнцов, их пением и звуками изысканных музыкальных инструментов. И была у них у всех странная привычка, не свойственная больше никому — они всегда оборачивались, словно боясь кого-то, кто их преследует. И это было истинно так.

Следом всегда шел одинокий путник, которого им не дано было видеть. Они и чувствовать его не могли, но точно знали о его существовании из преданий, сотнями и тысячами лет передававшихся из уст в уста. Знали о той участи, что постигла многих из их предшественников, испепеленных или сгинувших в громадных волнах, но не знали, что именно тот путник подавал знаки всему живому, отправляя вперед то голубей с известием о приближении орд, то быстроногих оленей. Не знали они и того, что сегодня он не в силах был сделать ничего большего, и разом, как уже бывало прежде, покончить со всеми ужасами, что несли миру обезумевшие от собственной безнаказанности существа. Все, что он мог сделать сегодня – заставить их все время оборачиваться.