Иван Смирнов — сочетание этого имени с фамилией для знатоков синоним другого словосочетания, «российская джазовая гитара». Каждый звук его инструмента строго соответствует всем канонам музыки, все они они эталонны с точки зрения музыкальной науки, но если вы увидите на сцене этого совершенно отрешенного человека и на вас повеет невообразимой свободой, знайте, что перед вами Иван Смирнов – гуру, хиппи и классик в одном лице.

***

Борт был полон. Самолет уже давно набрал высоту и двигался в своем эшелоне. Погода стояла ясная, облаков почти не было и топографические наблюдения приносили удовольствие тем, кто сидел у иллюминаторов, «у окошка», как принято у нас говорить.

Мальчишка на месте 13А, стоя на коленках в кресле и упершись лбом в стекло иллюминатора, разглядывал ровно нарезанные квадраты полей с перемежающимися пролесками, на домики, казавшиеся игрушечными, которые иногда скрывались из виду от налетевших под крылом самолета облаков. Однообразие пейзажей порой ему надоедало, и он начинал вертеть головой, не отрывая лба от стекла и закрывать поочередно то левый, то правый глаз. Его бабушка, сидевшая в соседнем кресле, время от времени поправляла ноги малыша, так, чтобы обувь не касалась сиденья. Делала она это совершенно автоматически, даже не отрываясь от книги, которую давно хотела прочесть, но домашние дела не давали этого сделать, и вот выпал шанс.

Вдруг мальчишка замер, глядя широко открытыми глазами на крыло самолета, которое закрывало часть обзора и мерно покачивалось. На самом его краю сидел человек, скрестив руки и ноги, улыбался и подмигивал мальчишке. Не отрываясь от стекла, мальчик протянул руку назад, нащупал бабушкин жакет, стал теребить его: «Баб, баб, смотри, смотри!». Бабушка с неудовольствием оторвавшись от чтения, спросила: «Ну, что там такое?» Малыш, продолжая теребить жакет, потянул бабушку к себе и сказал: «Там кто-то есть». Бабушка пододвинулась, нависла поверх малыша и посмотрела в иллюминатор. Там никого не было. «Бог с тобой, что за причуды!» — сказала она и вернулась к чтению.

«Твоя бабушка?» — спросил человек на крыле, и малыш быстро-быстро закивал головой в ответ, ничуть не удивляясь происходящему. Слов он не слышал, конечно же, но все понял, как это умеют делать только дети. «Они меня не видят – сказал человек. – Они слишком взрослые. Хочешь, полетаем вместе?». «Да» — тихо-тихо произнес мальчик. Тогда человек встал на крыле в полный рост, оттолкнулся и сделал несколько пируэтов вокруг крыла, а потом и вокруг фюзеляжа самолета, то появляясь перед взглядом мальчишки, то исчезая, пока вновь не взгромоздился на привычное место. «Нравится?» — спросил он. «Во!» — так же неслышно ответил мальчик, показывая большой палец. «Споем?» — спросил человек на крыле. «А я не знаю твоих песен» — сказал малыш. «Знаешь» — ответил человек, и запел. Мальчишка тихонько подхватил незнакомую песню, и они вместе допели ее до конца.

«Ну, мне пора» — сказал человек, как только закончилась песня. «А ты кто?» — спросил мальчишка. «Ты меня знаешь – ответил странный незнакомец. – Просто начал забывать. Ты сильно не взрослей, а то совсем меня забудешь. О, смотри, сейчас у бабушки очки упадут, поправь». Мальчишка повернулся, подхватил очки, положил их на столик, и повернулся к иллюминатору. Там никого не было.