Гаянэ Шиладжян – инициатор создания и директор Симфонического оркестра Москвы «Русская филармония», с момента учреждения коллектива в 2001 году по назначению Департамента культуры города Москвы. Также является генеральным продюсером оркестра и автором многих уникальных программ, которые с огромным успехом исполняет руководимый ею оркестр.

***

Город бурлил и гудел – на каждом углу стояли группы людей и обсуждали происходящие перемены. Тиражи газет взлетели до небес, а в паре с ними и посещаемость сайтов, а на выступление нового градоначальника на главной площади, назначенное в полдень, было не пробиться, но его транслировали по всем теле и радио каналам. И вот город замер. На улицах – ни души, даже трезвон трамвайных сигналов не нарушал воцарившуюся пронзительную тишину.

Через два с небольшим часа улицы и скверы вновь наполнились привычным шумом. Теперь все обсуждали произнесенную новым мэром речь. Многие места из нее почти никто не понял, уж больно мудрёно новый начальник строил фразы, больно витиевато формулировал мысли. Долго ли, коротко ли, но вскоре горожане единогласно решили, что новый начальник все сказал правильно, речь была оценена самым положительным образом, а потому, соответственно, и надежда на светлое будущее вновь поселилась в сердцах людей. С тем все и разошлись по домам, а многие пошли в трактиры, и подняли бокалы за нового главу города. Тень сомнения, правда, порой проскальзывала, кое-кто высказывал сомнения, мол, не стоит верить словам, посмотрим на дела, но его тут же перебивали, приводя неубиенный аргумент. «Не может быть так, чтобы наш славный город с тысячелетней историей превратился из культурной столицы государства в пристанище торгашей и мошенников!» – выкрикивал кто-нибудь и горящими от возмущения глазами сверлил собеседника. Друзья тут же подзывали официанта, и страсти на время утихали.

Наутро в город приехал цирк-шапито, и на главных улицах клоуны с красными носами и в ботинках семидесятого размера, продавали дешевое и вкусное мороженое, к которым прилагались такие же дешевые билеты на вечернее представление, чем наповал сразили детвору. В каждом доме мальчишки и девчонки наперебой уговаривали родителей пойти вечером в огромную палатку, раскинувшуюся на одной из окраин города, и родители, не в силах возражать своим чадам, соглашались.

Ровно через неделю город был увешан афишами о гастролях заезжей группы с ее лидером, исполнявшим песни с довольно примитивными мелодиями и столь же примитивными стишками. Теперь уже никто родителей и не спрашивал – подростки гурьбой валили на концерт, выпив для храбрости и покурив зелья. А как иначе, ведь именно об этих удовольствиях и пела заезжая звезда, которая на следующий день дала интервью на местном телевидении, и очень понравилась тутошним властителям умов, журналистам и членам местной ученой богемы, которые нашли в певце натуру сложную, большого эрудита и эстета.

Дальше – больше: каждую неделю в город стали приезжать то театры, то всякие группы и певцы сомнительного пошиба, а цирк-шапито так зачастил, что через год глава города принял решение, что раз есть «цирк на колесах», то здание стационарного цирка можно использовать «с гораздо большей пользой для привлечения в город инвестиций, способствующих инновационному развитию территории». Так прямо и сказал. И опять половину слов никто не понял, но было уже поздно. Здание цирка отдали какому-то заезжему богатею, и он устроил там автомастерскую, мойку, ночной клуб с девицами, интим-шоп (горожанам не понравилось это слово) и пару магазинов – продуктовый и обувной. За ним приехал другой и ему отдали здание театра с формулировкой, не уступающей по силе убедительности первой. Потом третий, четвертый, пятый…

Много лет прошло, город сменил два поколения своих жителей, и каждое следующее было совершенно непохоже на предыдущее. Первое не оставило после себя ничего, кроме печальных воспоминаний о матерной речи, звучавшей везде, о грязи и пыли, о повальном пьянстве, ненависти к приезжим, ханжестве и бахвальстве тысячелетней историей города, к которой никто из них не имел никакого отношения. Следующее почти целиком покинуло родные края, подавшись в поисках лучшей доли в дальние страны и вернувшись назад абсолютно опустошенными, но знающими как должно быть все у них устроено. И вот, наконец, подросли их дети…